"Бой", проигранный рябчику

   Летом 2003 года, я по окончании ВУЗа и военной кафедры был призван в ряды вооружённых сил РФ сроком на 2 года в звании "лейтенант". Я ничего не имею против двух лет офицерства, но 2 года без охоты и представить себе не мог, поэтому при первой же возможности, съездив на пару дней домой, привёз к месту службы своё ружьё, модели ИЖ - 54, и закрепился в гарнизонном коллективе военных охотников. Так как я родился и вырос в г. Северодвинске Архангельской области, львиная доля моих охот была проведена в его окрестностях и на юге Архангельской области, мне было интересно посмотреть новые для меня охотничьи угодья - служить я попал на Карельский перешеек - в Выборгский район Ленинградской области.

Каждые выходные, если меня не ставили в наряд, я исправно выхожу в лес или на озеро, коих на Карельском перешейке великое множество. В принципе, угодья Архангельской и Ленинградской областей во многом схожи, и по разнообразию пернатой охотничье - промысловой дичи не особо рознятся между собой. По крайней мере вальдшнеп, рябчик, тетерев глухарь и куропатка встречаются и там и там. С утками ситуация схожая, а это значит, что охота на новом месте не была для меня новой. Однако в один из выходов со мной произошёл любопытный случай.

На ноябрьские праздники, когда подряд вышло 3 выходных дня, я как обычно взял ружьё, и пошёл через лес в направлении озера Зеленодольского. Хотя осень в тех краях была затяжная, к тому времени все водоплавающие птицы уже снялись с насиженных мест.

Мой план был таков: Прочесать лесной массив до озера, у водой глади передохнуть и к вечеру вернуться в гарнизон, в своё офицерское общежитие. В ту охоту я рассчитывал " поднять" тетеревей или куропаток, но Диана распорядилась по иному - она подарила мне встречу с рябцом. Отдалённый характерный протяжный посвист признаться, застал меня в врасплох - уже с месяц я не слышал рябчиной песни. Я думал, что время их свиста, а соответственно, и охоты на манок уже прошли. Подумал, не спутал ли, однако, этот свист повторился, я моё мнение укрепилось - неподалёку рябчик. Я не готовился специально к охоте на рябчика, однако манок у меня привязан к бечевке, с помощью которой я надеваю на шею компас. В патронташе нашлась пара патронов с дробью № 8, они ту же были посланы в патронники ружья. Я снял армейский вещмешок, положил рядом с упавшей елью и сел на него. С задней стороны меня прикрыл массивный ствол павшего дерева, и теперь моя фигура уже не так нарушала привычный для птицы лесной пейзаж. Я взял в руку манок, поднёс его ко рту и начал манить.

Я повторил "песню" петушка. Судя по звуку, моим лесным визави был как раз бойкий самец. Секунд через тридцать, я услышал его ответ. Выдержав минутную паузу, снова повторил свою "трель" В этот раз птица мне не ответила. Я уже подумал, что с фальшивил, но в этот момент услышал частое хлопанье крыльев, посмотрел влево, и увидел, что птица, описав дугу, перелетела на другое дерево. Через 2 минуты рябец снова подал голос. Наш диалог возобновился. В этот раз петушок более часто и азартно отзывался на мой манок, однако подлетать не желал. У меня возникла мысль, что птица дразнит меня, и я принял решение самому подойти на выстрел. Не прекращая "общения" с уже почти ощущаемой руками добычей, я взяв ружьё на изготовку, положив большой палец правой руки на кнопку предохранителя, а указательный - на спуск левого ствола, стараясь как можно меньше шуметь сапогами, стал медленно двигаться на свист.

Моя мысль была такой: подойти к птице на такое расстояние, чтобы хотя бы увидеть её силуэт на дереве, и с того места произвести выстрел. Я не боялся дальнего выстрела: неоднократно поражал из своей " пятьдесятчетвёрки" различную пернатую дичь на предельных дистанциях, и в своём ружье, и в патронах был уверен - патроны всегда готовлю сам, специально для своего ружья. Однако, пройдя не более десяти метров, снова услышал хлопанье крыльев, и увидел, как рябец снова выполняет дугу. У меня создалось такое впечатление, будто бы я оказался в центре гнездового участка этой птицы, и глава семьи, патрулируя свою территорию, "нарезает винты" вокруг меня. Я неспеша вернулся к насиженному месту, вновь уселся около поваленной ели и опять принялся манить. В этот раз, как я ни старался, как ни вызывал на бой отважную птичку, рябец на провокации не поддавался. Я подумал, что птица умолкла на сегодняшний день, и поесть жаренного рябчика в этом сезоне мне больше не удастся. Однако продолжать путь к озеру мне уже не хотелось. Пасмурное небо разрядилось синими полосами, сквозь одну из которых выглянуло яркое, не свойственное поздней осени солнце. Вокруг радостно щебетали синички и пеночки, и мне вспомнилась прошлая весенняя охота, а точнее утро после вальдшнепиной тяги и весенней ночи около родного Северодвинска. Тогда тоже, всё вокруг пело и веселилось, радуясь весне. У меня поднялось настроение. Я будто бы открыл консервы весенней радости, позабыв на мгновение о том, что скоро выпадет снег и начнутся холода. Я решил этот день провести здесь, в лесу. Съев пару бутербродов подкрепился, сел на поваленную ель и стал любоваться природой карельского перешейка. Минут через 40 моя идиллия была нарушена. Нет, не выстрелами. Песней "старого знакомца" - рябчика. Видать успокоился и вновь подал голос. Во мне вновь взыграл азарт. Я снова принялся свистеть в железную трубочку манка. Птица вновь мне ответила. Третий раз за день у нас завязалась "оживлённая беседа". Но теперь я наши " переговоры" я не рассматривал, как обоюдное подзадоривание. Для меня, в пылу азарта, это был скорее " акустический бой", вроде тех, что велись гидроакустиками двух подводных лодок воюющих сторон, встретившихся в океане один на один, когда звуком мог быть решён исход сражения. Наш "диалог" длился около часа, но упрямая птица никак не хотела подлетать. Тогда я вновь решил идти в наступление. Я снова поднялся, и стал скрадывать птичку. На этот раз я прошёл а свист большее расстояние, чем во время предыдущего подхода, однако птица вновь поднялась на крыло и пошла привычной дугой на расстоянии около пятидесяти метров. Я понял, что когда пытался скрасть рябца, и подходил к нему, птица просто не давала мне на это шансов, удаляясь от меня по земле ровно на столько, на сколько я к ней подходил. Я снова подошёл к привычному уже поваленному дереву, и без всяких надежд на этого рябчика стал отдыхать.

В этот день рябчик больше глосса не подал. Но мне ничуть было этого не жаль. Эта маленькая птичка доставила мне столько радости, что позже я поблагодарил Бога, что он не дал мне возможности сделать по нему выстрел. Этой осенью я достаточно пострелял рябчика в сентябре - октябре. Для них не было характерно не подпускать меня на выстрел. Но для них и небыло характерно составлять мне компанию на целый день. Это был особенный рябчик - Рябчик Поздней Осени. Я не взял его, потому что не должен был его взять. Я проиграл птице этот акустический бой и ничуть об этом не жалею. Встретимся с тобой, рябец следующей осенью, может быть тогда ты подпустишь меня к себе на выстрел. Но это будет уже другая история.

Павел Власов, п.Каменка